Военное положение и угроза большой войны: Мирослав Гай о том, на что теперь способна Украина

28 ноября 2018 13:543.6т

28 ноября в 10 областях Украины начало действовать военное положение. Из-за политической конъюнктуры, "бестолковых" нардепов, а также "полезных идиотов" или даже убежденных лоббистов интересов Кремля в украинском парламенте окончательное решение оказалось "неполноценным". И все же оно – крайне важно, поскольку угроза полномасштабного вторжения России вполне реальна.

О том, почему военное положение было необходимо ввести и как оно будет выглядеть на практике в блиц-интервью UAportal рассказал офицер запаса, волонтер и журналист Мирослав Гай.

- Целесообразно ли вводить военное положение в Украине, в частности, на такой короткий срок – всего 30 дней?

- Абсолютно. Это очень важно. По данным разведки Министерства обороны, Генерального штаба есть угроза более активных действий Российской Федерации на разных направлениях. Мы наблюдаем накопление ударных сил и средств наступательного характера вдоль границы.

Для России держать большую группировку долгое время – сложно. При любых условиях, если бы они прибегли к каким-то провокациям военного характера или начали бы наступление на отдельных участках фронта, быстро ввести военное положение было бы сложно. Вы видели, как долго собирается парламент, как долго Рада обсуждает этот вопрос и принимает решение. И в тот момент, когда российские танки уже бы шуровали по украинской территории, народные депутаты решали, скандалили или ругались бы о целесообразности введения военного положения.

Последнее голосование показало, что в Верховной Раде есть большое количество людей, которые являются либо полезными идиотами, либо так или иначе откровенно работают на российскую сторону.

То есть в случае такой необходимости у президента как у Верховного главнокомандующего было бы в обрез времени для действий. Теперь, когда Рада дала разрешение, то при необходимости у президента будет оперативная возможность ввести на этих территориях военное положение в полной мере и начать мобилизационные действия. В первую очередь, призвать в ряды Вооруженных Сил резервистов, таких, как я офицеров резерва, а также солдат резерва, чтобы мы на протяжении часов пополнили бригады и восстановили их боеспособность.

Соответственно, как только мы войдем в состав бригад и сможем оперативно выдвинуться на выполнение тех или иных заданий, у Генерального штаба и Министерства обороны будет возможность начать полноценную мобилизационную кампанию.

- Таким образом мы выигрываем время.

- Мы уже выиграли время. Тех двух дней саботажа, который мы наблюдали в Верховной Раде, уже не будет.

Вот что в принципе дает это военное положение. Тем более что каких-то особых изменений никто не почувствует, кроме предприятий "Укроборонпрома", которые на тех территориях будут работать по какому-то определенному новому графику. Но это уже будет решаться на местах.

Кроме того, улучшится деятельность военных служб. Сейчас наша армия приведена в состояние полной боевой готовности. Соответственно, они могут действовать более оперативно и быстро на этой территории. Военное командование может планировать операции согласно новым юридическим условиям.

- Значит, можно рассчитывать на то, что нового вторжения не будет?

- Мы этого не знаем. Есть военные аналитики, наши генералы, которые являются достаточно квалифицированными и разумными людьми, есть разведка. Например, второй день подряд вдоль побережья Крыма летает британский беспилотник. Беспилотные летательные аппараты ОБСЕ каждый день осуществляют облеты линии размежевания и украинской оккупированной территории.

Признаков подготовки к наступлению может быть много. Этого не скрыть. Например, данные разведки говорят о том, что враг собирает технику и выстраивает инфраструктуру, которая носит наступательный характер. Это проведение коммуникаций, это дислокация подразделений, это подтягивание ударной авиации, это выстраивание соответствующей инфраструктуры, смена графика движения железнодорожного транспорта, передислокация личного состава и так далее.

То есть все такие действия имеют масштабный характер, и они растянуты во времени – они могут продолжаться и месяц, и два, и год.

Подобные действия врага не просто являются основанием, а просто требуют от наших генералов, нашего военного руководства предупредить президента как главнокомандующего о том, что есть большая опасность. Враг проявляет очень специфическую активность. Соответственно, они говорят: "если мы сейчас не сделаем так и так, есть угроза, что мы не успеем отреагировать вовремя. Наши рекомендации таковы…"

Президент с военным кабинетом рассматривает доклад главы Генерального штаба и спрашивает: "Какие у нас есть законные основания сделать то или это?" Для этого надо созывать Верховную Раду, СНБО, Кабинет министров, политическое руководство страны, сообщить гражданам об угрозах – и вместе выработать или применить уже существующий план действий, предусмотренный для таких случаев.

Таким образом, есть военная реальность и есть политическая реальность, ее мы видели в Верховной Раде. Сопротивление, саботаж, глупость, непонимание угроз или нежелание их понимать и влияние интересов другого характера.

Соответственно, президент и военно-политическое руководство столкнулось с политической реальностью и с определенным политическим сопротивлением. Слава Богу, были приняты какие-то решения. Они неполноценны как для военных…

- В чем они неполноценны?

- Потому что военное положение вводится не на 2 месяца. Потому что, если военные дают определенные рекомендации, то они руководствуются не политической обстановкой и конъюнктурой, а физической реальностью. Количеством бронетехники, количеством авиационных групп, количеством проложенных рокадных дорог (железная дорога, проведенная вдоль линии фронта, - UAportal), количеством сконцентрированного личного состава, наличием у нас сил, средств и возможностей, знанием сроков, в которые мы можем осуществить те или иные действия, пониманием дистанций и прочим.

Хорошо, что это решение было принято, и для обороноспособности страны оно уже имеет позитивный эффект. К военным, наконец, прислушались. Сейчас я говорю о парламенте.

- Вы знаете основную причину, почему продолжительность военного положения была сокращена до 30 дней. Порошенко обвиняли в попытке срыва выборов и узурпации власти.

- Вот это и есть политическая конъюнктура. Это та политическая реальность, которая отличается от реальности физической.

- По вашему мнению, можно ли переносить президентские выборы ради разрешения этой сугубо военной ситуации?

- Давайте посмотрим на это с другой стороны. Если будет полномасштабное наступление, выборов не будет. И вопрос будет стоять не о президентских выборах, а вообще о существовании страны. Вот и всё.

Военные сейчас не рассматривают политические вопросы – они рассматриваю только вопросы национальной безопасности.

Украина – самая демократическая страна из всех постсоветских стран. Если бы это было не так, то такой бедлам, как мы видели в Верховной Раде, у нас был бы невозможен. Конечно, есть негатив в том, что мы увидели бестолковость некоторых народных избранников, но с другой стороны, это признак демократии. Им не запрещают быть такими, какими они есть, а гражданам – выбирать таких вот бестолковых представителей.

Демократия – это благо, но она замедляет принятие важных решений. Россия – авторитарная страна, и у них любые решения принимаются очень быстро одним лицом. Это очень хорошо для войны и очень плохо для развития.

Автор:
Читайте также
×