У Кремля есть две задачи по Украине. Леонид Гозман о нашумевших заявлениях Путина и угрозе войны

01 ноября 2018 15:53 2.7т

"Тяжелейшие последствия" пообещал президент России тем, кто пытается расторгнуть узы РФ с соотечественниками по всему миру, в том числе узы духовные. С учетом последних событий, связанных с предоставлением православной церкви в Украине статуса автокефальной, решений Константинопольского патриархата, эта фраза выглядит по-настоящему зловещей. О каких "тяжелейших последствиях" говорит Путин?

На какие действия в отношении Украины готов пойти Кремль – не только в религиозном, но и в политическом плане, накануне очередных выборов украинского президента? Пойдет ли Кремль на гонку вооружений, если США выйдут из Договора о ракетах средней и малой дальности? Может ли Путин психануть и нажать на ядерную кнопку?

Своими размышлениями на эту тему в интервью UAportal поделился российский политик, президент Общероссийского общественного движения "Союз Правых Сил" Леонид Гозман.

- Вы знаете о событиях, происходящих в религиозной жизни Украины. Близок момент предоставления православной церкви в Украине статуса автокефальной. О каких именно "тяжелейших последствиях" мог говорить Путин в контексте расторжения церковных уз между Россией и Украиной?

- Я думаю, если всё пойдет нормально, если не будет вмешательства нашего государства, то никаких "тяжелейших последствий" не будет.

Во-первых, православие организовано иначе, чем тот же католицизм. У православия нет единого центра, нет аналога Папы Римского. При этом это единая вера. Я атеист, но у меня есть друзья – люди верующие и православные, и им, в общем-то, все равно, в какой православный храм пойти.

Мне кажется, что Русская православная церковь задачу поддержания какого-то духовного единства и так далее выполняет очень плохо. Скорее, она действует ровно наоборот. По крайней мере, мне так кажется. И эта публичная ссора с Вселенским патриархом.

Читайте также: Как избежать кровопролития из-за Томоса? Мнение Дмитрия Тымчука

Это, конечно, не мое дело. Два патриарха поругались – пускай они сами разбираются. Но когда РПЦ сказала, что ее прихожане не могут причащаться в храмах Вселенского патриархата, это очень напомнило мне наши продовольственные контрсанкции. Ты сам с Вселенским патриархом можешь разбираться как хочешь, это твое дело, но почему же ты мешаешь человеку на его пути к Богу?

Это не должно касаться конкретного человека. Точно так же, как конкретного человека не должно касаться, как поссорились Путин с Меркель.

Читайте также: Возможно ли участие митрополита Онуфрия в Учредительном Соборе? Блиц с митрополитом Александром (Драбинко)

Знаете, то, как у вас всё это началось в Украине, как раз показывает, что всё у вас пройдет тихо и спокойно. Насколько я понимаю, никто не мешает собранию прихожан и клира сказать: "Мы остаемся в Московском патриархате". То есть никто никому не мешает. И слава богу, ваше государство не вмешивается в этот вопрос.

Соответственно, какие могут быть последствия? Если кто-нибудь с нашей стороны попытается устраивать какие-то провокации. Это, конечно, возможно.

- Похоже, для Кремля украинский церковный вопрос очень важен. На что они способны пойти сейчас?

- Мне кажется, не исключено, что они попытаются устроить какие-нибудь драки или еще что-нибудь вокруг отдельных объектов культа.

Понимаете, у нас в России нет монополии на идиотизм. Идиоты есть во всех странах, в том числе у вас. У вас могут найтись отмороженные, которые начнут кричать, шуметь и прочее, и наши с удовольствием этим воспользуются. А могут и сами послать, как посылали всякую шпану срывать флаги Украины.

- Вы помните странную фразу Путина в ответ на вопрос о возможном ядерном ударе по России – о том, что "мы как мученики попадем в рай, а они просто сдохнут". Можно ли рассматривать эту фразу в контексте маразма первого лица государства?

- Нет, конечно, нет. Мне не нравится то, что сказал президент России. Но если отстраниться от этой фразы, то он сказал, что мы не будем наносить ядерный удар первыми. И на самом деле это главное, что было сказано.

Это, конечно, не означает, что мы его не нанесем, но это означает, что он это сказал. Фактически он подтвердил концепцию, которая очень давно существовала в Советском союзе, что ядерный удар может быть только ответным.

Читайте также: Капризный популист и политик правды. Леонид Радзиховский о главном различии Путина и Меркель

А вот дальше начинается стилистика. Знаете, Андрей Синявский говорил, что у него с советской властью стилистические разногласия. У меня тоже с президентом стилистические разногласия, и эта шутка, мне кажется, говорит о снижении определенных барьеров. О том, что ядерная война, обмен ядерными ударами после многих лет, когда это казалось абсолютно невозможным и ядерное оружие рассматривалось как страж мира, а не как оружие – к сожалению, в нашей стране, у нашего руководства это уже прошло. Сейчас к этому относятся иначе.

- То есть сегодня на такие вещи смотрят проще? И сугубо теоретически ядерная война уже допускается?

- Да. Боюсь, что да. А это значит, что она возможна. Понимаете, такого рода внутренний запрет очень важен.

- И сейчас такого внутреннего запрета уже нет?

- Ну, он, по крайней мере, слабее. Разумеется, этого никто не хочет, и президент России этого тоже не хочет.

- А что может его спровоцировать? Может ли он просто психануть в ответ на что-то, на те же ужесточенные санкции, и просто нажать эту кнопку?

- Чужая душа – потемки. Я не знаю, какой механизм принятия этого решения. Там же не одна кнопка на самом деле. Как я понимаю, там много кнопок. Он отдает приказ определенным лицам и так далее. Может быть, каким-то образом этот армагеддон будет остановлен.

- Трамп заявил о том, что США следует выйти из Договора о ракетах малой и средней дальности. Вы не считаете, что, если Штаты пойдут на такой шаг, это спровоцирует гонку вооружений?

- Конечно, спровоцирует гонку вооружений, да еще какую! Просто надо понимать, что участником этой гонки является еще и Китай, например.

Но, понимаете, здесь еще один момент. Гонку вооружений не выдержал Советский союз, который был сильнее Российской Федерации. Я думаю, что руководство России это понимает, и попытки все-таки как-то это предотвратить, которые очевидно нашим руководством проводятся, связаны с этим пониманием.

- И напоследок такой вопрос. Каких неприятностей следует опасаться Украине от Кремля до конца текущего года, а также в начале следующего, до очередных выборов президента Украины?

- Всех возможных. Был такой лозунг у скаутов – "be prepared" – "будь подготовлен", который потом в пионерской организации превратился в "будь готов".

Совершенно очевидно, судя по нашей пропаганде, по которой понятно направление мыслей начальства, они не хотят, не верят, не видят возможностей договоренности с президентом Порошенко. Никаких вообще. И явно ставят на кого-то другого.

Это значит, что всё, что необходимо сделать для того чтобы – а) не был переизбран Порошенко, и - б) был избран кто-то более приемлемый для них – они будут делать.

Читайте также: "Уйдет Путин – увидим другого Кирилла". Евгений Киселев о главе РПЦ среди "рогатых"

Что это будет – военные действия или еще какие-то – я не знаю. Обратите внимание: они не использовали события в Керчи как casus belli, повод для войны. Хотя, как вы помните, часть наших штатных пропагандистов в первые минуты после сообщения об этом несчастье стали говорить про украинский след. Но политическое руководство России по этому пути не пошло. То ли они не готовы к войне, то ли они не хотят расширения войны – я не знаю.

Но то, что они будут делать всё, что только можно, для влияния на ваши выборы – это очевидно.

Автор:
Читайте также
×