€90 млрд от ЕС. Где главный риск для Украины от европейского кредита

Немного о том, что нам не показали в прессрелизе.

28 мая Верховная Рада 298 голосами ратифицировала пакетный закон №0376 – Соглашение о ссуде ЕС на €90 млрд и Меморандум к нему. Это выглядит как победа: "почти грант", который Украина не будет платить, потому что погашение идет из репараций РФ, а проценты покрывает Брюссель.

Я более двадцати пяти лет структурирую сделки. И знаю одно правило по опыту: когда продавец настаивает, что покупка ничего не стоит – ищи, где скрыт чек. Здесь чек скрыт по меньшей мере в трех местах.

Деньги действительно стране очень нужны – €90 млрд закрывают две трети внешнего финансового разрыва на 2026–2027 (€135,7 млрд по оценке МВФ в Country Report 26/58 от февраля 2026), а €60 млрд из них – на оборону с преференцией Made in Europe4.

Отказываться от этого во время войны – не вариант. Вопрос не в том, брать или нет. Вопрос – какой ценой, и можно ли эту цену снизить.

***

Что ЕС действительно от нас требовал: В информационном поле циркулируют две крайности.

• Первая: ЕС просто дает деньги под "верховенство права и борьбу с коррупцией", налоговый блок – чисто внутреннее решение Киева.
• Второе: ЕС ничего не требовал, а Минфин самовольно вписал в Меморандум фискальный террор.

Обе крайности не точны, и это легко проверить прямо в тексте регламента. Регламент (ЕС) 2026/467 от 24 февраля 2026 г. – правовая основа кредита, принятая Европарламентом и Советом. В статье о Меморандуме буквальное требование звучит так: условия политики должны включать "решительные и амбициозные обязательства по реформам, в том числе направленным, в частности, на усиление мобилизации доходов для удовлетворения финансовых потребностей Украины и на борьбу с корневыми причинами коррупции в государственных финансах". "В частности" – не второстепенное замечание.

В юридическом языке это маркер главенствующего. Revenue mobilisation стоит первой позицией в списке обязательств. Это подтвердила сама Еврокомиссия в заявлении после подписания Меморандума 21 мая: "условия политики имеют сильный фискальный фокус и структурируются вокруг трех столбов: мобилизация доходов, эффективность государственных расходов, управление государственными финансами".

Фискальное давление – это юридическое требование Брюсселя. Вопрос правда, почему именно это требование попало в конечный документ? Но есть нюанс, изменяющий рамку разговора. ЕС потребовал мобилизации доходов как направление. Конкретные инструменты Украина выбирала сама (!!!) и согласовала с Комиссией во время подготовки Меморандума.

Минфин мог предложить другой набор. Например – детенизация подакцизных рынков (горючее, табак, алкоголь), где теневая доля достигает 60–70% по оценке председателя налогового комитета Гетманцева. Или борьбу с контрабандой, из которой ежегодно улетучиваются десятки миллиардов. Или реальное закрытие коррупционных дыр в госзакупках и энергетике – это тоже revenue mobilisation и она напрямую пересекается со вторым требованием регламента: борьбой с корневыми причинами коррупции в государственных финансах.

Вместо этого выбрали бить по:

1. ФЛПам третьей группы – дифференцированные ставки, противодействие "дроблению", ограничение возврата на упрощенную. Хочу напомнить, что если в городе есть преступник, то это не повод для власти весь город сажать в тюрьму. Надо найти этого преступника и его одного посадить в тюрьму.
2. В международных посылках до €150 – провален 26 мая закон №12360.
3. Доходы через цифровые платформы – Bolt, Booking, OLX.
4. Продлении военного сбора 5% еще на три года после завершения военного положения – отдельный закон №15110, принятый 7 апреля и подписанный Президентом 14 апреля 2026 года.
5. Согласовании корпоративного налога с директивой ЕС против уклонения (ATAD) – Sud.ua с расписанием условий траншей: Совокупная оценка новых норм в пакете – всего около 60 млрд грн годового эффекта по пояснительной записке Минфина.

Посмотрите на этот список внимательно. Кто будет платить? Микропредприниматель, наемный работник, потребитель дешевых платформ. Самый слабый и мобильный сегмент (!!!).

• Где владелец схемы с контрабандой табака?
• Где большой игрок, оформивший сотню ФЛПов под своим зонтиком?
• Где чиновник, получающий неправомерную выгоду из-за коттеджей в Козине (об этом ниже)? Их в списке нет.

Это, если честно, не требование ЕС. Это политический выбор именно Киева (!).

***

Условный долг ложится на баланс за 106% ВВП. Минфин в пояснительной записке пишет, что инструмент "не создает реальной долговой нагрузки". Для прессрелиза – красиво. Для баланса – обманчиво.

МВФ в отчете за февраль 2026 г. (Country Report 26/58) классифицирует такую поддержку как contingent liability – условное обязательство, которое становится реальным долгом (!), если репарации не поступят, а ЕС не спишет его. Сам МВФ прямо предупреждает: влияние на уровень долга может быть значительным. А уровень уже по красной линии.

Госдолг Украины превысил $213 млрд – более 100% ВВП на начало 2026 года, с прогнозом 106% на конец года. Для сравнения, Польша держит долг 50–55% ВВП, Турция около 28%, Ирландия 42%.

Украина добавляет к €90 млрд потенциального обязательства к балансу, который уже превысил предел устойчивости почти вдвое. Для бюджета-2026 это работает как грант. Но юридически – это долг, судьба которого решается не в Киеве (!). И отдавать, какой будут наши дети.

***

Уровень теневой экономики в Украине – открытый вопрос. Минэкономики официально оценивает его в 30%, в некоторых отраслях говорит о 30–40%. Гетманцев как глава налогового комитета говорит о более чем 50%. В торговле доля тени составляет 60–70% по отдельным оценкам.

Разброс большой, но даже самая консервативная цифра – это многократно больше среднего показателя ОЭСР (5–10%). Бизнес в тени по конкретным причинам.

Исследования от Ассоциации IT-предприятий Украины до самого Минэкономики называют первой причиной чрезмерное давление на труд (!). Минэкономики прямо описывает петлю: большой теневой сектор не позволяет снизить номинальную нагрузку, а высокую нагрузку кормит тень. Беда в деталях, которых мы не видели. ФЛП – не лазейка. Это модель, которую государство сознательно (!) создало, чтобы извлечь малое предпринимательство из тени: простой учет, предполагаемая ставка, минимум контакта с налоговой. Она работала именно благодаря простоте.

Любое усложнение – дифференцированные ставки, новые ограничения, дополнительная отчетность – для микропредпринимателя стоит дороже самого налога. В стране с 30–40% тени результат предсказуем.

• Мелкий предприниматель либо возвращается в тень, либо закрывается, либо платит "договорившись" с тем, кто закрывает глаза.
• Вместо роста поступлений есть рост тени и коррупционной ренты правоохранителей.

Ставку поднять легко. Собрать с нее – нет. Это механика, которую Украина уже проходила после повышения ЕСВ в 2010-х: формальная занятость упала, поступления выросли меньше прогноза.

***

Отдельно о посылках. Распространенный аргумент "в Европе посылки до €150 не облагаются налогом" – ошибочен. С 1 июля ЕС 2026 вводит плоскую пошлину €3 на посылку, полная отмена – до 2028 года.

Возражение – не о самом налоге, а о способе и моменте. ЕС дает себе время до 2028 года и строит под это Customs Data Hub – единую таможенную базу данных. Украина пытается запустить администрирование сейчас без инфраструктуры.

Результат предсказуем: новые очереди, новые поводы "договориться" на таможне, риск ухода дешевых платформ – все без гарантии роста поступлений бюджета. 26 мая Рада это уже отклонила голосами 222 из 226.

***

Этот кредит съедает восстановление страны. Этого нет ни в одном официальном документе. Кредит гасится "исключительно за счет репараций от РФ"(!). Звучит как идеальное соглашение – кто против, чтобы платил агрессор.

Восстановление Украины обойдется в $587,7 млрд по оценке RDNA5 – совместного отчета Правительства, Всемирного банка, ЕК и ООН от 23 февраля 2026 года.

Прямой задокументированный ущерб – $195,1 млрд. Социально-экономические потери – $666,7 млрд.

Наибольшие потребности:

• транспорт ($96 млрд);
• энергетика ($91 млрд);
• жилье ($90 млрд);
• торговля и промышленность ($63 млрд);
• сельское хозяйство ($55 млрд).

Откуда возьмутся репарации?

Юридический иск в ущерб огромен, но физически изъять реально только замороженные активы РФ – около $300 млрд в мире, из них €210 млрд в ЕС Этот пул ограничен. Он не равняется всему ущербу – он равен тому, до чего реально дотянемся после победы.

Если €90 млрд кредита погашаются из репараций – они высчитываются из того же ограниченного пула, который нужен на восстановление (!).

Сам кредит на восстановление не идет: он идет сегодня на бюджет и оборону. А гасится деньгами, которые должны завтра отстроить жилье, энергетику, порты, дороги.

Мы ссужаем под залог репараций, забывая, что репарации – не бесплатный ресурс, а наш главный шанс на послевоенное восстановление.

Каждый погашенный из активов РФ миллиард ESI – миллиард, который не станет новой электростанцией или школой. Это называется альтернативная стоимость, и ее следует считать открыто.

***

Нравственный контекст, изменяющий математику. 12 мая 2026 года НАБУ и САП вручили подозрения шестерым фигурантам дела кооператива "Династия" в Козине – части крупной операции "Мидас".

Среди них – бизнесмен Тимур Миндич, эксвицеппремьер Алексей Чернышев, экспредседатель Офиса президента Андрей Ермак. По данным следствия, через кооператив легализовало более 460 млн грн (!), часть из которых поступала от коррупционных схем в "Энергоатоме".

Именно в этот момент власти выходят в парламент и просят ратифицировать Меморандум, где главным условием получения денег является борьба с коррупцией и фискальная жертва от граждан и бизнеса (!!!).

Вопрос простой: можно ли требовать от ФЛП в Буче больше налогов, не закрыв сначала дело о 460 миллионах в Козине? Нравственно – нет.

Политически – тем более: вот почему Рада 26 мая завалила посылки. Депутаты читают новости скорее прессрелизов Минфина.

***

Вместо выводов

Я не за отказ от кредита. При выполнении условий с головой и перебалансировании "мобилизации доходов". Регламент ЕС требует мобилизации как направления – не конкретного набора из ФЛП и посылок (!). Правительство должно вернуться в Брюссель с обновленной конфигурацией:

• основные источники – детенизация подакцизных рынков (где тень 60–70%);

• борьба с контрабандой;
• закрытие коррупционных схем в госзакупках и энергетике

Это и есть настоящая мобилизация доходов. К тому же – совместима со вторым требованием регламента, о корнях коррупции в государственных финансах (!!!) Посылки – по графику ЕС, не быстрее ЕС (!). Не запускать полное администрирование, пока нет таможенной базы данных (!).

Синхронизироваться с Customs Data Hub до 2028, зафиксировать это с Комиссией как изменение плана выполнения, а не саботаж. Европейские партнеры понимают инфраструктурные ограничения.

Реформа ФЛП – точечная, против злоупотреблений, не против модели. Бить по "дроблению" крупного бизнеса под видом сотни ФЛП – правильно.

Усложнять жизнь микропредпринимателю, легально работающему на упрощенной – выстрел себе в ногу, а ему в голову (!). Это разные задачи, их нельзя решать одним топором. Считать цену кредита для восстановления открыто.

Правительство должно публично показать, сколько из репарационного пула пойдет на обслуживание ESI, и заложить это в стратегию обновления. Нельзя одновременно обещать, что репарации построят страну, и тихо гасить ими кредиты. Граждане имеют право знать истинную цену любого "бесплатного" решения.

Сначала – чистка двора, потом – требования к гражданам. Первый транш €3,2 млрд должен быть обусловлен не только "подачей законопроектов о НДС", но и реальными решениями по делам "Мидас", "Энергоатом", "Династия" (!!!).

Борьба с коррупцией – первое требование самого регламента ЕС, и она жестче фискальных. Это и морально правильно, и юридически точно, и политически откроет голоса в Раде, которых сегодня не хватает.

Кредит на 90 миллиардов евро – это соглашение с отложенной ценой, часть которой ложится на поколение бизнеса и граждан в виде налогового давления, часть – на будущее в виде условного долга и съеденного ресурса для восстановления. Меньшая часть этой цены действительно требуется регламентом. Больше – выбор Киева, который можно было сделать по-другому.

Пора перестать прятаться за "безальтернативное требование партнеров". Партнеры потребовали мобилизации доходов и борьбы с коррупцией. Конкретный счет – чей ФЛП в Буче заплатит больше, а чей коттедж в Козине останется – это наш выбор. И за этот выбор отвечаем мы, а не Брюссель.

Прозрачность не ослабляет переговорную позицию. Это единственный способ, чтобы следующий транш не завалили в Раде, как завалили посылки. И единственный способ, чтобы украинская экономика вышла из войны не только с кредитом на балансе, но и с еще оставшимся малым бизнесом. Еще жив...