"Правый сектор", "захваты" и "поджоги" храмов МП: Скоропадский о методах борьбы ПС

04 марта 2019 12:49 154

В селе Гнездичное на Тернопольщине "раскольники" (Православная церковь Украины) и "радикалы" ("Правый сектор") захватили храм УПЦ МП – разнеслось по пророссийским и российским СМИ. Подобное обвинение прозвучало не впервые. С момента создания в Украине поместной церкви и последовавшего за ним лавинообразного процесса перехода общин в ПЦУ, тема "захвата" храмов МП с участием "правосеков" в подобных медиа стала по-настоящему популярной.

"Неправильно говорить, что мы захватываем храмы или что-то еще. Мы просто помогаем самой общине", - сказал в блиц-интервью UAportal пресс-секретарь "Правого сектора" Артем Скоропадский.

- "Правый сектор" участвовал в переходе общины в ПЦУ в селе Гнездичное?

- По Тернопольской области у нас было последнее село Дунаив. По селу Гнездичному у меня информации пока нет.

Мы многократно заявляли нашу позицию по поводу перехода церковных общин. Мы сами никогда никаких храмов не захватываем. Но очень часто бывает так, что, скажем, большая часть общины хочет перейти - раньше в Киевский патриархат, сейчас в Православную церковь Украины, - но настоятель, который зарегистрировал храм на себя, а не на общину, говорит: "Вы можете переходить, но храм остается за Московским патриархатом".

В таких случаях, если большая часть общины к нам обращается, то мы, безусловно, помогаем.

Но неправильно говорить, что мы захватываем храмы или что-то еще. Мы просто помогаем самой общине.

- В каких формах вы помогаете?

- Как община просит, так и помогаем.

- Как это выглядит на практике? Представители "Правого сектора" приезжают на место…

- Мы просто приезжаем, заходим к настоятелю и вежливо объясняем, что, если община хочет перейти, значит, община хочет перейти. Там нет никакого насилия, избиений и прочего.

Кстати, было несколько случаев, когда сами УПЦ МП были вынуждены опровергать информацию о том, что их священников якобы избили, захватили храм и так далее. Мы показывали им видео, как всё происходило, и в УПЦ МП признавали: "Ну, да, извините, мы подали не совсем правильную информацию".

Никакого насилия. Просто приходят парни по форме и просто объясняют, чего хочет община. Можно сказать, оказывают моральное воздействие. Понятно, что когда приходят 30-40-50 человек, которые воевали на фронте за Украину на украино-российской войне, то они могут аргументированно объяснить, что нужно прислушиваться к мнению общины, которая хочет перейти из Московского патриархата.

- Скольким религиозным общинам "Правый сектор" помог перейти из УПЦ МП в ПЦУ?

- У меня такой статистики нет. Учитывая, что ПЦУ существует только с конца прошлого года, может быть, речь идет про 25-30 храмов. А что касается Киевского патриархата, до создания ПЦУ, то там речь шла примерно о сотне.

- Вы допускаете, что бренд "Правого сектора" могут использовать пророссийские силы, чтобы оправдать какие-то свои агрессивные действия?

- Безусловно, такое может быть. И мы об этом сами предупреждали.

Мы применяем насилие только в самых крайних случаях. Как, например, на улице Грушевского 5 лет назад во время всех тех событий, на фронте и так далее. А тут насилие мы не применяем. Но "Правый сектор" как один их самых раскрученных, если можно так выразиться, брендов могут использовать российские диверсанты, которые, безусловно, есть в Украине.

Например, недавно была история, когда Служба безопасности Украины задержала двух человек, российских диверсантов, которые должны были поджечь храмы так называемой УПЦ МП и свалить это на украинских националистов. Там, правда, "Правый сектор" не фигурировал, но в целом должны были показать, какой "беспредел" происходит в Украине – жгут храмы Московского патриархата.

Поэтому опасность того, что будут какие-то провокации с использованием бренда "Правого сектора", есть. Поджог храма или, не дай бог, убийство священника Московского патриархата – и потом кто-то скажет, что это сделал "Правый сектор".

Безусловно, мы такое допускаем. Безусловно, мы с нашими скромными возможностями мониторим деятельность антиукраинских сил, и по возможности пытаемся этого не допустить.

Я хочу, чтобы это прозвучало еще раз: "Правый сектор" ни в коем случае не будет ни насильно захватывать храмы, ни бить священников, ни бить прихожан, ни делать что-то еще в том же духе. Мы будем только помогать тем общинам, которые хотят перейти из МП в Православную церковь Украины.

Безусловно, если что-то нужно делать, мы будем это делать. Но какое-то насилие, убийство, поджоги – это не наши методы, не наши способы. И тот, кто будет делать такое, прикрываясь именем "Правого сектора", безусловно, преступник. И по возможности, мы будем их сами наказывать и предотвращать такие случаи, которые – еще раз подчеркну, - безусловно, возможны, потому что Россия изо всех сил старается раскачать ситуацию в стране с помощью церковного вопроса.

Автор:
Читайте также
×