Українська
Политика

"Никогда не говори никогда": почему Россия может открыть "второй фронт" на Балтике

Павел Казарин

'Никогда не говори никогда': почему Россия может открыть 'второй фронт' на Балтике
''Никогда не говори никогда'': почему Россия может открыть ''второй фронт'' на Балтике

В социальных сетях обсуждают возможность нападения РФ на страны Балтии. И если полтора года назад эта тема вряд ли бы вызвала ажиотаж, то теперь ей уделяют гораздо больше внимания, пишет Павел Казарин для Slawa.tv.

Трансформация "предела возможного" является величайшей во всей этой истории. Полтора года назад зонтик безопасности Североатлантического альянса считался незыблемым. США обещали защиту своим союзникам в Европе. Украина же говорила о том, что ее членство в Альянсе может быть тем шагом, который остановит Россию.

С тех пор все изменилось. Дональд Трамп успел ввести санкции против Европы. Обещал силой унести Гренландию. Сократил контингенты американских войск на европейском континенте. Начал войну на Ближнем Востоке и резко критикует союзников по НАТО за их нежелание присоединяться к его операции.

С момента своего создания Альянс еще никогда не был столь уязвим. Фактически сила НАТО заключалась не в том, что Альянс выигрывал войну, его сила заключалась в том, что войны с ним никто не начинал. Этот статус-кво базировался на американском присутствии в Европе и готовности Белого дома реагировать на любые угрозы в адрес союзников. Более того, за последние тридцать лет позиция Вашингтона привела к тому, что все остальные члены Альянса (за исключением Польши и Турции) позволяли себе сокращать военные расходы.

Случилось "отравление безопасностью", когда европейские государства не рассматривали военные угрозы как то, что нужно принимать во внимание.

Как следствие — когда до войны Украина предупреждала ту же Германию о том, что "Северный поток-2" может представлять риски для безопасности — Берлин отмахивался и говорил, что речь идет только об экономике.

Если у вас от природы прекрасное здоровье — вы будете игнорировать призывы следить за ним. Если у вас богатые и щедрые родители – вы вряд ли будете понимать цену денег. По этой же логике европейские члены НАТО долгое время не обращали внимания на собственные армии и военно-промышленный комплекс.

Рассчитывая на то, что на них никто не решится напасть, а если такое случится, американская армия сможет решить все их проблемы.

В результате континент встретил президентство Дональда Трампа с бонсай-армиями. Вся сухопутная компонента армии Великобритании насчитывает менее ста тысяч человек. В Германии поменьше, во Франции побольше.

Все эти армии готовы участвовать в экспедиционных операциях против слабовооруженных партизанских движений, но вряд ли готовы противостоять кадровой армии, имеющей опыт современной войны. Например, русском.

К тому же долгое время фактический внутренний консенсус НАТО сводился к тому, что Соединенные Штаты берут на себя основную тяжесть сдерживания, а европейские страны покупают американское оружие. Эта схема могла работать, пока США были верны своим союзническим обязательствам, но перестает работать, когда Белый дом объявляет изоляционизм своим приоритетом.

Чтобы нарастить европейские военно-промышленные мышцы, нужно время, и не факт, что Москва намерена это время континенту давать.

Поэтому слухи о возможной атаке или провокации российской армии против стран Балтии уже не выглядят как конспирология. США рискуют все глубже увязнуть в войне с Ираном. Лояльность американской администрации к европейским союзникам находится на рекордно низком уровне.

Европейские армии еще не оправились от трех с половиной десятилетий мира. Европейские же общества могут оказаться неготовыми к кровопролитной войне со страной, в которой человеческая жизнь стоит настолько дешево, что она буквально заваливает поля битв в Украине телами своих солдат.

В такой ситуации Владимир Путин действительно может решить проверить НАТО на прочность. В случае военной провокации против Эстонии, Латвии и Литвы, нехватка солидарности приведет к тому, что Североатлантический Альянс просто перестанет существовать.

Ибо главное оружие НАТО – это репутация. Если ее не подтвердить, НАТО исчезнет.

А страны Балтии могут оказаться потенциальными объектами атаки не только по географии. Против них играет еще и размер. В конце концов, украинская армия уже пятый год успешно держит оборону против российской, в том числе и с учетом территориального фактора. Украинской армии есть куда отступать, есть куда эвакуировать и рассредоточивать тылы.

У стран Балтии такой привилегии просто нет. К тому же, оборонная концепция небольших стран — членов НАТО могла строиться на концепции "держим оборону к подходу союзников". Что могло быть полностью реалистичным планом с учетом величины арсеналов и мобилизационного ресурса в странах Балтии.

Но как быть, если главный союзник в виде американской армии не придет на помощь? А другие европейские армии окажутся парализованными из-за отсутствия политической воли?

Время от времени раздаются голоса, утверждающие, что Россия не выдержит "второго фронта" и что для нападения на те же страны Балтии Москве сначала нужно заморозить войну в Украине. Но в том-то и дело, что это не обязательное условие.

Если адекватно оценивать масштаб происходящих в Украине боев, то для нападения на Эстонию, Литву и Латвию России сегодня достаточно прекратить наступление на запорожском направлении. Высвободившихся там сил вполне может хватить для наступательной операции на Балтике.

Европейский континент снова стал заложником Дональда Трампа и его амбиций. Сначала этот человек подорвал доверие к своей стране, затем успел наговорить обидных вещей в адрес союзников, а затем поставить под сомнение обязательства перед Североатлантическим альянсом.

В результате, если Москва решит аккумулировать силы и снова начать наступление на Киев, то, с большой вероятностью, она снова застрянет в лесах Киевской области и до украинской столицы не доберется.

А если Кремль аккумулирует ударную силу и начнет наступление на Таллин, НАТО может исчезнуть.

Последние четыре года приучили Украину "никогда не говорить никогда". Теперь очередь Европы привыкать к тому же.