"Позиция: умри, замри, воскресни – не для Путина". Радзиховский о новых военных кампаниях

10 октября 2018 18:25 2.2т

Любые масштабные телодвижения Путина в Ливии и в Центральноафриканской республике обернутся катастрофой - личной катастрофой внутри России, окончательным крахом его рейтинга. Поскольку он, вероятно, человек психически нормальный, масштабных телодвижений там не будет.

Но по той причине, что Путину страшно хочется что-то делать, цена присутствия России в Ливии и в ЦАР должна быть маленькой. Теоретически он может оказаться вовлеченным в горячую войну, но до сегодняшнего дня ему удавалось избегать подобных ситуаций. Такое мнение в интервью UAportal высказал российский журналист Леонид Радзиховский.

- Что даст Путину его армия в Ливии? Какова ее основная задача?

- Во-первых, я думаю, что ни о какой армии речь не идет. Речь может идти максимум о нескольких сотнях людей из этого самого "Вагнера", или из других подобных организаций, или о знаменитом ГРУ.

Переброска армии – о таком я не слышал вообще ничего.

Но, с моей точки зрения, ГРУ ли туда сунется, "Вагнер" ли туда сунется – это абсолютное безумие. Чистое медицинское безумие. Как в Ливию, так и в ЦАР.

Каждый раз, как что-то такое происходит, болтают о каких-то огромных экономических интересах. Помню, что даже писали о том, что, если Россия присоединит Донбасс, то это даст какой-то "синергетический эффект". И вот мы видим этот эффект. Хотя Донбасс не присоединили, но уж экономически можно было сделать всё, наладить любую торговлю, любые потоки и так далее. Но в результате экономика разваленная и Россия 4 года содержит 2 миллиона людей.

Читайте также: "Плюнуть в рожу Терезе Мэй!" Что творит Путин и грозит ли ему маразм? Мнение Радзиховского

Без конца говорили о громадных экономических интересах, которые у России есть в Сирии. То там газ открыли, то нефть, то что-то еще. Всё это полная, абсолютная туфта – от начала до конца. Жалкая попытка какими-то понятными обывателю денежными интересами оправдать абсолютное безумие.

Ну а с Ливией и ЦАР – это, я бы сказал, какое-то демонстративное безумие, безумие в чистом виде. На фоне наших "больших успехов" ГРУ в Нидерландах не хватает еще и этого позора.

- Кому принадлежит эта идея – с Ливией и ЦАР? Можно ли сказать, что это единоличное решение Путина?

- Все политические решения в России, а уж тем более военно-политические – это единоличные решения Путина. Никаких других субъектов политики в России нет.

Когда говорят про экономическую политику, это тоже решения Путина, но это решения, которые он подписывает, а их идея принадлежит экономистам. Но что касается внешнеполитических и военно-политических решений, то это стопроцентно решения только одного человека.

- В чем в таком случае состоит мотив Путина? Зачем ему Ливия и ЦАР?

- А в чем мотив влезть в Сирию, в чем мотив с Донбассом? В чем мотив Скрипалей? В чем мотив Нидерландов? В чем мотив кибервойн с американцами?

Читайте также: Куда делся "крымский загар" Путина? Радзиховский о том, ждать ли Крым-2

Ответов два. Первый ответ – нет ответа. Безумие – оно и есть безумие. А второй ответ дал сам Путин – предельно четко и предельно ясно. "Вы нас не слышите – так послушайте теперь". Это единственный мотив всей внешней политики Путина, совершенно открытый, совершенно нескрываемый.

На простом языке это называется словом из четырех букв: "понт". На более сложном языке это называется "самоидентификация", "национальная гордыня", "государственная гордыня", "личная гордыня", "суверенитет" и так далее. Но суть от этого не меняется. Это желание постоянно доказывать "им". А "они" - это те, кого Путин много раз предельно ясно называл "господами в пробковых шлемах", то есть, прежде всего, американцы, и в чуть меньшей степени англичане.

Доказывать "им", что мы, Россия, им не подчиняемся, действуем против них. Если они идут вправо, мы идем влево, если они идут влево, то мы идем вправо. Что мы ведем свою политику, которая в сущности является антиполитикой по отношению к американцам.

Да, это личные амбиции одного человека. Но эти личные амбиции одного человека в силу известных причин – исторических, психологических – совпадают с государственными амбициями правящего класса и шире совпадают с личной самоидентификацией 150 миллионов человек.

Читайте также: Путин сделал россиян богаче или беднее? Мнение Леонида Радзиховского

На этом была построена вся политика Путина, которая дала феноменально блестящий результат в Крыму, когда его рейтинг взлетел практически до 100%.

Но это дало худший результат на Донбассе, это дало значительно худший результат в Сирии, а сегодня любые масштабные – подчеркиваю, масштабные – телодвижения в Ливии и в Сирии обернутся катастрофой. Личной катастрофой для Путина внутри России. Окончательным крахом его рейтинга.

Поскольку Путин, как мне кажется, человек психически нормальный, и он это понимает, то никаких масштабных телодвижений там не будет.

Слова, что у нас есть интересы в Ливии и в Центральноафриканской республике, огромное большинство населения России, те самые путинские и распутинские избиратели, воспримут как откровенное циничное издевательство лично над ними. В особенности на фоне пенсионной реформы.

Эта мысль дойдет до самого последнего путинского избирателя: у нас нет денег на пенсии, но у нас есть деньги на войну в Ливии и в ЦАР. Этого ему не простит никто. Просто никто. И поэтому, если у Путина есть цель уничтожить свой рейтинг, то в Ливии и в ЦАР он это успешно сделает.

Читайте также: Люди устали от Путина: Радзиховский напомнил, как гибли власти в РФ

Но он этого делать не будет. Я в этом абсолютно уверен. Будут какие-то точечные отряды "коммандос".

Всё время с момента, как ввели санкции, у Путина могло быть 2 стратегии. С Крымом все ясно, вопрос закрыт. Донбасс? Ну ладно, уйти с Донбассе – это очень неприятно, это значит показать свою слабость. Хорошо. Но после Донбасса у него могло быть 2 стратегии.

Стратегия первая. По крайней мере, дальше не лезть, затаиться, сидеть тихо, в надежде – весьма не безосновательной, - что постепенно всё это сгладится. Вот видите, военные действия на Донбассе окончательно замерли, тишь-гладь. Санкции, которые есть, не так уж ужасны, со временем они уменьшатся. Понемногу мы частично восстановим отношения, ну а частично заморозим.

Но Путин избрал стратегию номер два, прямо противоположную, которая в казино называется double - "удваивать ставку". Влез в Сирию. Зачем? Ну не ради же этого фантастического газопровода? А затем, чтобы наладить отношения. Был даже разговор о том, что в Сирии будет антиигиловская коалиция – общие усилия Россия плюс Америка против ИГИЛ. Из этого ничего не получилось. Наоборот – получилось только хуже. Ладно. Дальше – больше. Зачем эти идиотские вмешательства в выборы? Чтобы провести своего человека. Провел. Чего добился? Новой горы неприятностей. Зачем этот маразм со Скрипалями? Ну, это уж просто оскорбить Терезу Мэй, показать, кто тут хозяин. Ладно. Зачем этот идиотизм с бездарными ГРУшниками в Нидерландах? Что-то хотели украсть.

Читайте также: "Злобный фарс": Радзиховский о Жириновском, протестах и единственном козыре Путина

Короче говоря, позиция: умри, замри, воскресни – не для Путина. Ему надо что-то делать. Как говорил Егор Лигачев, "чертовски хочется поработать".

Путину страшно хочется что-то делать, проявлять активность. Положение пассивного субъекта, который просто тянет время в надежде, что раны зарубцуются, ему психологически абсолютно дискомфортно. Хотя бы травинкой в носу поковырять, хоть что-то делать, быть субъектом, навязывать свою активность, навязывать свою волю – по-видимому, это его естественное психологическое состояние в отношениях с Западом.

Но я думаю, что Путин прекрасно понимает, что сегодня каждое телодвижение в Ливии и в ЦАР не просто не принесет ему никакого рейтинга, но и активно направлено против него внутри страны. Каждый рассказ Киселева-Соловьева про Ливию или Центральноафриканскую республику не только не отвлечет внимание от пенсионной реформы, не только не увеличит оценку суверенитета России или великой роли Путина, но будет воспринято как активное издевательство власти над своим народом.

Путин, видимо, хочет совмещать две вещи. Что вообще совершенно нормально в политике и в любом деле – товар-цена. Товар: "я активен", "я субъект", "я не жду их реакции, а я навязываю им свои поступки".

"Но цена должна быть маленькой. Я не могу это делать в большом масштабе. Если я это буду делать в большом масштабе, я перепилю сук внутри страны, на котором я сижу, я вызову максимальное раздражение своего населения. Поэтому – точечные уколы господ в пробковых шлемах для того чтобы они реагировали. Просто мне самому что-то надо делать в этой жизни".

- Но как Путин может быть уверен в том, что цена будет маленькой? Он ведь может оказаться вовлеченным в новую горячую войну.

- Ну, теоретически всё может быть. Но заметьте, что до сих пор он умел уходить от этих проблем. Вот, когда началась история у вас в Украине, тоже ведь многие считали, что будет война, дивизии, мясорубка, чуть ли не 1943 год. А на самом деле всё замерло. Когда он влез в Сирию, тоже все говорили: второй Афган. Никакого Афгана. В Сирии Россия 4 года. За это время, по официальным данным минобороны, погибло 120 военнослужащих. Пусть они врут в разы – пусть не 120, а 500. Но что такое для России 500 человек? Это ноль. Никто не погиб. Даже если приплюсовать к ним этих "Вагнеров" и тех, кто погиб в самолете и так далее – это абсолютно ничтожные потери.

Другое дело, что это дорогое удовольствие. Одни эти комплексы С-300, которые Россия подарила Сирии, стоят порядка 2 миллиардов долларов. Сирия – дорого, комплексы – дорого, Донбасс – дорого, Ливия и ЦАР – не очень дорого, но тоже дорого. Набегает.

Но мы ведь не всё знаем. В России ведь очень многое делается ради экономических интересов, просто в другом смысле – ради конкретных экономических интересов конкретных людей. Я не думаю, что у кого из Тимченок, обобщенно говоря, огромные интересы в Ливии или в ЦАР. В масштабах России это в любом случае ноль. Но в масштабах бизнеса Тимченко это может быть и не ноль. Я не знаю, какие там отношения у каждого конкретного Ротенберга с Путиным и о чем он может его попросить. Но что-то они там могут поиметь.

- А что насчет "Вагнера"? Во всех этих точках – Сирия, Ливия, ЦАР – они засветились. Это ведь тоже дорогое удовольствие.

- Ну естественно, это же наемники. Я не думаю, что это слишком дорого. Сколько их там? Несколько тысяч человек, и получают они, в общем, гроши. Это сброд, который собрали со всего СНГ. Видимо, это наполовину военные, которые оказались не у дел, наполовину какие-то бандиты.

Но я не думаю, что их полностью содержит минобороны и ГРУ. Я думаю, что там какие-то паритетные отношения. Наверняка они там что-то конкретно грабят и своему хозяину отдают.

Что такое организация наемников? По сути дела, это вооруженная банда, которая делает, что хочет. Закону они никакому не подчиняются, потому что в России закона о наемниках нет. Формально такой организации вообще нет и быть не может. Пригожин, которого много раз обвиняли в том, что он владелец "Вагнера", тысячу раз отвечал, что всё это ложь, что никакого "Вагнера" не существует, "по крайней мере, я к этому "Вагнеру" не имею никакого отношения".

Это организация, которой нет. А если их нет, то, соответственно, они могут делать все что хотят. Тем более в Центральноафриканской республике. Или в Ливии. Или в Сирии. Это что, государства, что ли? Нет, конечно. Это просто вольные территории, где всякий вооруженный человек, всякая вооруженная банда может делать абсолютно все, что ей заблагорассудится. Взял пистолет – и вперед. Кого они там грабят, что они там добывают, чем они там занимаются? Да всем чем угодно. По сравнению с ЦАР или с Ливией, ваша "Донецкая республика" - образец законопослушания.

Автор:
Читайте также
×