Новый центр европейской военной силы: Украина стала драйвером развития сверхсовременных технологий ведения войны

Украина первой объединила искусственный интеллект с массированными дроновыми ударами в поле боя. Тем самым она подтолкнула НАТО к перевооружению, становясь новым геополитическим центром силы на восточном фланге объединенной Европы.

Во влиятельном американском журнале Forbes опубликована статья известного американского журналиста Кевина Голдена Платта "EU Nations Scramble To Ally With Ukraine, The New World Military Power" (Страны ЕС стремятся объединиться с Украиной, новым мировым военным государством ).

В ней, в частности, цитируются слова авторитетного эксперта, известного исследователя оборонных технологий и стратегий Атлантического совета, одного из ведущих международных аналитических центров в Вашингтоне, Питера Дикинсона, подчеркивающего, что все больше игроков ЕС сейчас меняют свои прогнозы относительно того, какая сторона станет победителем в этом соревновании Давида и Голи.

Дикинсон прогнозирует, что со своими военными силами, которые сейчас насчитывают около миллиона человек и превышают объединенные армии Франции, Германии, Италии и Британии, Украина может стать ведущим защитником Европы и возглавить совместную оборону против России, когда Путин мечтает возродить Российскую империю.

По его мнению: "Вся модель Европейского Союза построена на принципах консенсуса и единодушия – это по определению медленный институт, склоняющийся к компромиссу и умеренности". "В противоположность этому", – добавляет он, – "военные действия требуют сильного лидерства и своевременного принятия решений".

Питер Дикинсон подчеркивает, что размораживается идея суперармии ЕС: "Уже предпринимаются шаги по интеграции Украины в европейскую архитектуру безопасности". "Несколько отдельных европейских стран подписали с Украиной пакты о безопасности, формализуя военное сотрудничество и поддержку в более долгосрочном формате, в то время как ЕС подчеркнул свою поддержку украинских военных усилий".

В своей экспертной оценке Питер Дикинсон четко обозначает новое место Украины в европейской архитектуре безопасности. Что будет определять будущее безопасности всего европейского континента и характер сдерживания российской агрессии на десятилетия вперед.

Следует отметить, что полномасштабное вторжение России в Украину стало не только самой большой войной в Европе после Второй мировой войны. Оно положило начало фундаментальной перестройке европейской системы безопасности и заставило западные демократии пересмотреть базовые представления о сдерживании, военном могуществе и роли союзничества.

Одним из самых неожиданных последствий этой трансформации стал стремительный рост геополитического веса Украины. Если до 2022 года Украина в основном рассматривалась как государство, нуждающееся в внешних гарантиях безопасности, то сегодня все больше международных экспертов оценивают Украину как будущий ключевой компонент европейской системы обороны.

Это изменение не является результатом политической риторики или символической поддержки. Она опирается на комплекс объективных факторов: беспрецедентный боевой опыт украинских Вооруженных сил, быстрое развитие оборонно-промышленного комплекса, масштабные технологические инновации, интеграцию с западными военными структурами и постепенное формирование долгосрочных механизмов партнерства безопасности между Украиной и государствами Европы.

Исторически крупные военные государства формировались под влиянием продолжительных конфликтов, изменявших их институты, экономику и военную культуру. После наполеоновских войн таким государством стала Пруссия. После Второй мировой войны – Соединенные Штаты. После Корейской войны скоро модернизировались военные способности Южной Кореи.

Украина сейчас проходит аналогичный, хотя и более сложный процесс. Полномасштабная война стала катализатором беспрецедентной мобилизации человеческого, технологического и промышленного потенциала нашего государства. Превращая ее в одну из наиболее закаленных в боях и технологически адаптивных военных мощностей современности, которая коренным образом изменяет архитектуру глобальной безопасности.

Особенностью украинского феномена является то, что трансформация происходит в условиях интенсивнейшей войны нашего времени. Когда государство вынуждено одновременно бороться за свое выживание на поле боя и осуществлять глубокие евроинтеграционные, цифровые и институциональные реформы.

При этом Украина фактически стала полигоном нового поколения военных технологий. Именно здесь впервые в таком масштабе были встроены беспилотные системы, космическая разведка, цифровые сети управления войсками, искусственный интеллект, кибероперации и высокоточное вооружение в единую систему ведения боевых действий. Потому можно рассматривать украинский театр боевых действий как модель будущих конфликтов между высокотехнологичными государствами.

Не менее важна эволюция украинской военной культуры. В течение нескольких лет украинская армия перешла от устаревшей советской модели централизованного управления к более гибкой системе, основанной на инициативе младших командиров, цифровом управлении и быстрой адаптации к изменениям оперативной обстановки. Именно эта способность к постоянному обучению стала одним из ключевых преимуществ Вооруженных сил Украины.

Параллельно с этим происходит трансформация оборонной индустрии. Если раньше украинский военно-промышленный комплекс в значительной степени оставался наследием советской экономики, то сейчас формируется новая модель, объединяющая государственные предприятия, частные технологические компании, международные инвестиции и совместные производства с западными партнерами.

Особенно динамично развивается сектор беспилотных систем, средств радиоэлектронной борьбы, программного обеспечения управления войсками и высокоточных средств поражения.

Именно эта технологическая база все больше интересует европейских союзников. Во многих случаях военно-промышленное сотрудничество уже перестает быть односторонним.

И если на начальном этапе войны Украина преимущественно получала вооружение, то сейчас все более активно развиваются совместные производственные программы, в рамках которых украинские технологические решения интегрируются в общеевропейские оборонные проекты.

Эти процессы оказывают непосредственное влияние и на политическую архитектуру Европы. После десятилетий дискуссий о необходимости развития общей европейской обороны российско-украинская война сделала этот вопрос практическим.

В то же время все очевиднее, что новая система европейской безопасности вряд ли может быть эффективной без участия Украины. Причина не только в ее географическом положении. Украина владеет тем ресурсом, которого сегодня не хватает большинства европейских армий – масштабным опытом ведения современной высокоинтенсивной войны.

Именно поэтому заключение двусторонних сделок безопасности между Украиной и европейскими государствами имеет значение, которое выходит далеко за пределы текущей поддержки. Эти уговоры постепенно формируют новую архитектуру европейской коллективной безопасности, где Украина рассматривается не как периферия, а как один из центральных элементов сдерживания потенциальной российской агрессии.

Сегодня Украина находится на пути к "новому мировому военному государству". Разумеется, что статус великого военного страны обычно зависит от сочетания нескольких факторов: военного потенциала, экономической устойчивости, технологической базы, оборонной индустрии, интернациональных союзов и способности проектировать силу за пределами своей местности.

По части этих критериев Украина уже демонстрирует исключительные результаты, в то время как в других ее развитие будет в значительной степени зависеть от хода войны, послевоенного восстановления и долгосрочных инвестиций в ее экономику.

Однако даже с этими оговорками стратегическая тенденция выглядит очевидной. Российское вторжение не изолировало Украину от Запада, а наоборот, значительно ускорило ее интеграцию в европейское и евроатлантическое пространство безопасности.

Наша страна все больше влияет на формирование военной доктрины союзников, развитие оборонных технологий и стратегическое планирование европейских государств.

Для самой Европы это означает завершение эпохи, когда ее безопасность почти полностью опиралась на американское военное присутствие. Хотя роль Соединенных Штатов остается определяющей, война продемонстрировала необходимость формирования более сильного европейского оборонного компонента. В этом процессе Украина может стать одним из его главных движителей.

Парадоксально, но именно Кремль, стремясь вернуть Украину в собственную сферу влияния, создал предпосылки для появления нового военно-политического центра силы в Европе.

Украина получила масштабный боевой опыт, ускорила модернизацию армии, интегрировалась с западной военной инфраструктурой и стала одним из важнейших партнеров европейских государств по безопасности.

Именно поэтому нынешняя война определяет не только будущее Украины. Она определяет будущую конфигурацию всей системы сдерживания.

И если тенденции последних лет сохранятся, то в ближайшем десятилетии Украина может превратиться не только в государство из одной из самых боеспособных армий континента, но и в одного из ключевых стратегических архитекторов новой системы безопасности Европы.

Это не означает обязательного обретения Украиной статуса глобальной военной сверхдержавы, однако свидетельствует о существенном росте ее роли как регионального центра военной силы и влиятельного партнера демократических государств в сфере безопасности.

Обретенный уникальный опыт ведения высокоинтенсивной конвенционной войны нового поколения и масштабная модернизация вооруженных сил закаляют украинскую армию как одну из самых мощных и боеспособных военных сил Европы.

Этот фактор приводит к неизбежному интегрированию Украины в ядро будущей оборонной системы Запада, где она будет выступать не просто получателем помощи, а ключевым донором региональной стабильности и военно-технологической экспертизы.

Украина де-факто становится безальтернативным восточным щитом демократического мира и главным разработчиком алгоритмов безопасности, чей практический потенциал и геополитический вес будут определять контуры сдерживания агрессии во всем Черноморско-Балтийском регионе.

Именно поэтому утверждения Питера Дикинсона, процитированные в статье "EU Nations Scramble To Ally With Ukraine, The New World Military Power" в журнале Forbes, сегодня актуальны как никогда.

Поскольку Украина постепенно становится новым мировым военным государством. Не только сдерживающая масштабную агрессию тоталитарной Российской Федерации. Она коренным образом меняет архитектуру европейской безопасности, заставляя ведущие страны мира переосмысливать собственные оборонные стратегии.

Это ведь Украина первой объединила искусственный интеллект с массированными дроновыми ударами на поле боя. Тем самым она подтолкнула НАТО к перевооружению, становясь новым геополитическим центром силы на восточном фланге объединенной Европы. При этом превращая свой уникальный боевой опыт в новый глобальный стандарт современной высокотехнологичной войны и архитектуры безопасности мира.